ц, бабушка решила, что уже отвлекла Алешу от источника раздра-
  жения и теперь он наденет штанишки. Но не тут-то было. Стоило ей только
  произнести слово "штанишки", как Алеша снова заревел с новой силой,
  сполз со стула и опять шлеп на пол! "Сражение" вновь разгорелось вовсю.
   Видя свою неудачу, бабушка поднимает с пола штанишки и подходит к
  Алеше с намерением надеть их. Тут уж папа не выдерживает:
   - Дайте Алеше самому надеть штанишки! - останавливает он бабушку.
   Бабушка отступает и отдает трусы Алеше. Но тот сердито бросает их на
  пол и ревет еще громче.
   Мы садимся завтракать. Кусок нам буквально не лезет в горло. Бабушке
  тоже, она берет книжку, смотрит в нее и молчит.
   Проходит еще несколько томительных минут. Теперь уже никто не обраща-
  ет внимания на плачущего Алешу. Он понемногу стихает, потом поднимается
  с пола и идет к папе. Идет он медленно и чуть подвывая, но штанишки дер-
  жит в руке.
   - Папа, вити носик! - просит он уже мирным тоном. Папа берет платок и
  ласково вытирает носик и мокрые от слез щеки. Как папе хочется схватить
  Алешу на руки, обнять, поцеловать милые заплаканные глазенки, но папа
  этого не делает.
   - Влезай сюда! - ласково приглашает он Алешу на его обычное место.
  Алеша влезает, кряхтя и посапывая носиком.
   - Теперь Алеша наденет штанишки и будет с нами завтракать, - спокойно
  говорит папа, а сам настороженно ждет: вдруг начнется все сначала?
   Но Алеша прямо на наших глазах становится