как называли прочие предметы: стол, стул, окно, лампа и т.д. И
  радовались, когда он запоминал, узнавая их в любом тексте.
  
  Так же было и с математикой (счеты, счетною палочки, цифры, таблица: сотни и
  тысячи, бусинки на проволоке и пр.), конструированием (всевозможные кубики,
  мозаика, конструкторы, строительные материалы, инструменты и др.), спортом
  (спортснаряды в разных сочетаниях в доме и во дворе).
  
  Самым главным открытием на этом пути было для нас то, что в этих условиях
  дети очень многое начинали раньше, чем это предписывалось им по медицинским и
  педагогическим нормам: к трем годам они начинали читать, в четыре - понимали
  план и чертеж, в пять - решали простые уравнения, с интересом путешествовали
  по карте мира и т.д. И дело было не только в постижении некоторых школьных
  премудростей, которыми они легко овладевали до школы (беглое чтение, устный
  счет, письмо), но и в том, что они при этом становились самостоятельнее,
  инициативнее, любознательнее, ответственнее - тоже не по годам. Мы их могли
  оставить дома одних (с 6-7-летним старшим) часа на три-четыре и знали, что
  ничего не случится. Мы могли спокойно послать семилетнего в Москву
  (электричка, метро) или одиннадцатилетнего в Горький (он сам брал себе билет,
  ехал без всякой опеки проводника или кого-либо из взрослых). И все это не
  делало из них старичков - таких выдумщиков и озорников еще поискать! Но об
  этом речь еще впереди.
  
  Сначала мы этому только