, где можно было добыть сведения об этом страшном
  раннем развитии.
  
  Мы узнали, что еще в начале нашего века у М.Монтессори дети (причем дети
  умственно отсталые) к пяти годам не только читали, но и каллиграфически
  писали, что в Японии создана школа для одаренных детей и принимают туда
  четырехлетних ребятишек, что в Филадельфии существует институт по
  исследованию человеческого потенциала, где сделали вывод: самый "правильный"
  возраст, в каком следует учить ребенка читать, - это полтора-два года. Петра
  I дьяк Никита стал учить грамоте примерно в три года. Мария Кюри была на два
  года моложе своих подружек в гимназии, Н.В.Гоголь в три года писал слова, а в
  пять пробовал сочинять стихи. В семье Ульяновых все дети к четырем-пяти годам
  уже читали.
  
  Все это поддерживало нас в наших поисках. Но главным подтверждением
  правильности выбранного пути были наши дети. Они поражали нас своими
  возможностями. Мы не поспевали за их развитием, мы постоянно ошибались в
  своих прогнозах. Это было удивительно! И это заставило нас увязнуть в
  проблеме раннего развития всерьез.
  
  За восемнадцать лет мы заметно отклонились от традиционных сроков начала
  развития детей, но теперь мы слышали новые возражения:
  
  - Ну хорошо, действительно, дети могут развиваться намного быстрее, но нужно
  ли это, не лишаете ли вы своих детей счастливого беззаботного детства?
  
  Так говорят и думают многие, пока... не побывают у нас в гостях. А когда
  увидят