хит и
  насморк будут непременно!", "Ревматизма не избежать!", "Уши младенцу
  простудите - оглохнет!"
  
  Но все эти пророчества не оправдывались. Поэтому со вторым сыном мы были уже
  смелее - с самого начала не кутали его, давали побыть голеньким и дома и на
  улице, пустили в одних трусиках ползать по полу, ходить по земле во дворе. А
  когда сыновья стали старше, даже нас удивляло, как охотно и подолгу, скинув
  надоевшие за зиму куртки, и без шапок и рукавиц, братишки могут возиться в
  мартовском подтаявшем снегу, прорубая каналы, сооружая плотины. При этом,
  бывало, даже промокшие ноги их не смущали. Заигравшись, они не всегда
  вспоминали о том, что надо сменить обувь. И все обходилось без неприятных
  последствий.
  
  Вы спросите: неужели нам совсем не было страшно за детей? Выло, конечно,
  особенно вначале, когда мы многого не знали. Нас тогда поддерживала
  интуитивная уверенность в том, что если ребенку прохлада приятна, то это не
  может быть опасным или вредным. Мы тогда не знали, как может быть крепок
  человеческий организм даже у самых маленьких, не знали, что слабым его делает
  не природа, а условия жизни, в которые он попадает.
  
   Как было раньше
  
  Б.П.: Однажды в одной из брошюр известного специалиста по закаливанию
  профессора И.М.Саркизова-Серазини мы увидели ссылки на книгу Б.А.Покровского
  "Физическое воспитание у разных народов" (1884 г.). Мы ее раздобыли - вот
  когда нам пришлось по-настоящему поразиться! Как