вать на пару. Для начала. Вдруг ты
  сумеешь мне все объяснить. Хотя я в этом сильно сомневаюсь.
   Из кармана брюк он достал газетную вырезку. Тодд догадался, что это,
  раньше, чем увидел; второй раз за сегодняшний день перед ним предстал
  Дюссандер в двух своих ипостасях. Снимок, сделанный уличным фотографом,
  был обведен чернилами. Смысл овальной рамки прочитывался сразу: Калоша Эд
  узнал "дедушку" Тодда. И теперь горел желанием оповестить весь мир об
  этом. Родить на свет божий маленькую пухлую сенсацию. Вот он - Калоша Эд,
  балабол и сукин сын, в небесно-голубых кедах. Лучше бы в белых тапочках.
   Его сообщение, надо думать, привлечет к Тодду внимание полиции...
  хотя они и так не обошли его вниманием. Теперь это яснее ясного. До
  сегодняшнего дня он словно летел себе на воздушном шаре, беспечно
  поглядывая вниз, но вдруг оболочку пробила стальная стрела, и теперь он
  неотвратимо падает. Главная его промашка - телефонные звонки. Ах, как они
  его взяли на живца. Да чего там взяли - сам набросился. ТОЧНО, ЗВОНИЛИ.
  ОДИН-ДВА РАЗА В НЕДЕЛЮ. Денкер говорил с ними по-немецки. Сказал и при
  этом подумал: путь побегают с высунутыми языками по всему югу Калифорнии,
  пусть поищут недобитых нацистов. Как я их! Одного не учел - на телефонном
  узле они уже могли это проверить. Он, правда, не уверен в том, что
  телефонный узел регистрирует все звонки, но... взгляд у этой ищейки был
  какой-то подозрительный... Потом