брика в Патэне выпускала обмундирование для немецких солдат. И
  вообще мы... - Дюссандер осекся, но усилием воли заставил себя закончить.
  - В нашу задачу не входило укреплять здоровье заключенных. Может быть, на
  сегодня хватит? Пожалуйста. У меня болит горло.
   - Вы слишком много курите, - заметил ему Тодд. - Расскажите еще
  немного про одежду.
   - Какую? - угрюмо спросил Дюссандер. - Лагерную или эсэсовскую?
   Тодд улыбнулся. - И ту, и другую.
  
   Сентябрь 1974
  
   Тодд делал себе в кухне сандвич с арахисовым маслом и джемом. Кухня
  находилась на некотором возвышении и вся сияла хромом и нержавейкой. Тодд
  недавно пришел из школы, а мать все никак не могла оторваться от своей
  электрической машинки. Она печатала диплом какому-то студенту. Студент - в
  очках с немыслимыми линзами, с торчащими во все стороны короткими волосами
  - казался Тодду пришельцем из космоса. А написал он что-то такое про
  распространение плодовой мушки в долине Салинас в послевоенный период...
  или еще какую-то муру в этом духе. Тут стрекот машинки оборвался, и мать
  вышла из кабинета.
   - Вот и Тодд с мыса Код, - сказала она вместо приветствия.
   - Вот и Моника из Салоников, - ей в тон сказал Тодд.
   Для своих тридцати шести мать у меня будь здоров, подумал он.
  Высокая, стройненькая, светлые волосы чуть тронуты пепельным оттенком,
  темно-красные шорты, прозрачная блузка с янтарным отливом, небрежно
  завязанная узлом