лет. Знает, что мы
  методисты. Вообще, про это в анкете писать необязательно, но мои всегда
  пишут. Мы и в церковь-то почти не ходим, но он так и так в курсе. И где
  отец работает - тоже... в анкете есть графа. Каждый год анкету надо заново
  заполнять. А больше там ничего и нет.
   - Если бы твои родители плохо ладили, как думаешь, он бы знал об
  этом?
   - То есть как это плохо ладили?
   Дюссандер выплеснул в кружку остаток виски.
   - Ругань. Ссоры. Отец спит на диване. Мать попивает. - Он оживился. -
  Назревает развод.
   Тодд вскинулся:
   - У нас ничего такого нет! Даже близко!
   - Разумеется. Ну а если бы было? Если бы у вас в доме стояла пыль
  столбом?
   Тодд, насупясь, ждал продолжения.
   - Ты бы наверняка переживал за родителей, - развивал свою мысль
  Дюссандер. - Еще как переживал. Потерял бы аппетит, сон. Об учебе и
  говорить не приходится. Так ведь? Нелады в семье отражаются, увы, на
  детях.
   В глазах Тодда забрезжило понимание... и что-то вроде молчаливой
  благодарности. Дюссандер это оценил.
   - Что может быть печальнее, чем когда рушится семья, - патетически
  произнес он, снова наполняя кружку. Он был уже хорош. - Сколько таких
  драм, сам знаешь, нам показали по телевизору. Язвят, огрызаются, лгут. А
  сами страдают. Да, мой мальчик. Ты даже не представляешь, в каком аду
  живут твои папа и мама. Им даже некогда поинтересоваться, что там за
  неприятности у