ся. Да-да. Ситуация выходила из-под его контроля, все уже зависело
  от мальчика - от его отчаяния... или сообразительности. И однажды, среди
  долгой бессонной ночи, старик подумал о том, что неплохо было бы чем-то
  поприжать мальчика. Для собственной безопасности.
   Дюссандер отпустил поручень и весь подался вперед, но Тодд не
  шелохнулся. Лед спокойствия таял в его жилах, и уже накатывала горячая
  волна растерянности и гнева. Между тем Дюссандер нашел то, что искал, и в
  этот момент Тодд с омерзением подумал: ну и запах... более зловонного
  подвала, наверно, не бывает. Пахло мертвечиной.
   - И тогда старик слез с кровати - что значит сон для старого
  человека? - и примостился за тесной конторкой. Он сидел и думал о том, как
  он хитро вовлек мальчика в свои преступления, за которые мальчик грозил
  ему, старику, расправой. Он сидел и думал о том, какие усилия, почти
  нечеловеческие, пришлось мальчику приложить, чтобы выправить положение в
  школе. И что теперь, когда он его выправил, старик для него - ненужная
  обуза. Смерть старика принесла бы ему желанное освобождение.
   Дюссандер обернулся, держа за горлышко бутылку старого виски.
   - Я все слышал, - сказал он миролюбиво. - Как отодвинул стул, как
  поднялся. У тебя, ты знаешь, не получается ходить совершенно бесшумно.
  ПОКА не получается.
   Тодд молчал.
   - Итак! - Дюссандер поднялся на ступеньку и плотно прикрыл за собой
  дверь в погреб.