черным шрифтом. БЕРЕГИТЕСЬ! - визжала другая
  красным. ПОПЫТКА НЕ ПЫТКА! - кричала третья, совсем уже радужная.
   Почтенный мистер Сэмпсон наклонился и, пыхтя и отдуваясь, принялся
  раскладывать проспекты ровными рядами на ковре прямо перед своими
  узконосыми, начищенными до блеска туфлями.
   - Это - наша новая программа, - объяснил он мне с улыбкой и согнулся
  откровенно пополам, пытаясь разместить наибольшее количество бумаг на полу.
   Я стоял, как вкопанный, и бесцеремонно таращил на него глаза. Не более,
  чем в пяти футах от дивана, на котором он сидел, в кухне, на холодном полу,
  лежала моя покойная жена Дженис. В спальне царил полный хаос. Менее часа
  осталось до того момента, когда мне придется сматываться отсюда и бежать на
  отходящий в город поезд. Еще нужно будет выбросить пистолет в ближайший
  мусорный ящик, откуда его наверняка вскоре вытащит какой-нибудь
  предприимчивый бродяга, так что к тому времени, когда он наконец попадет в
  руки полиции (если это вообще случится), на нем будет висеть гораздо больше
  преступлений, чем патронов в обойме. А потом я полечу в Чикаго и увижу
  Карен. Очаровательную Карен. Милую, любимую Карен.
   А этот окаянный болван пытается всучить мне свою идиотскую энциклопедию!
   Я открыл рот и очень спокойно произнес:
   - Убирайтесь.
   Все еще улыбаясь, он посмотрел на меня.
   - Простите?
   - Убирайтесь, - повторил я.
   Улыбка на