а Рамона Крикмор. Дойдя до платформы, она произнесла
  тихим повелительным голосом:
   - Уберите руки от моего сына.
   Фальконер разжал хватку, его глаза сузились.
   Рамона помогла Билли спуститься. За Фальконером она увидела
  испуганное лицо Уэйна, и внутри нее все перевернулось. Она
  повернулась лицом к толпе.
   - Вы, испуганные бараны, - сказала она голосом, проникшим во
  все углы палатки, - никто сегодня здесь не излечился! Людям, которые
  думали, что они больны, сказали, что они здоровы, каковыми на самом
  деле и были, а вот те, кто действительно нуждались в помощи, теперь
  обречены из-за ложной надежды! - ее сердце разрывалось. - То, что здесь
  делают эти двое, равносильно убийству!
   - Заткни свою пасть! - раздался женский голос. Это кричала
  молодая мать, все еще прижимающая к себе своего ребенка.
   Рамона развернулась к Фальконеру.
   - Убийству, - проговорила она сверкая глазами, - потому что в
  глубине души вы знаете, что все это ложь.
   Она взглянула на дрожащего мальчика, который снова попался ей
  на глаза.
   - Знаешь ли ты, что такое Неискупимый Грех? - заревел
  евангелист. - Видеть Мощь Господа и называть ее Работой Дьявола! Ты
  потеряна для Бога, женщина! - В толпе зазвучали одобрительные
  восклицания. - Ты потеряна!
   Пока швейцары выпроваживали их из палатки, Билли оглянулся и
  за мужчиной в желтом костюме увидел неподвижно стоящего с
  полуоткрытым ртом