м мальчика в желтом. Их взгляды встретились, и
  Билли почувствовал праведный гнев, горечь и страсть, исходящие от
  мальчика.
   Потом они оказались на поле, и швейцары предупредили их,
  чтобы они не смели снова заходить в палатку.
   Они подождали десять минут, но Джон так и не вышел. Собрание
  запело громкими голосами. Билли чувствовал, как его мать дрожала при
  каждом раскате голоса Фальконера. Она взяла сына за руку, и они
  двинулись в темноте по направлению к дому.
  
  
  13
  
   - Билли, сынок, проснись! Проснись!
   Он сел в темноте на кровати и стал тереть глаза. Спустя некоторое
  время он разглядел неясные очертания фигуры, стоящей рядом, и узнал
  голос отца. Билли уговорил себя заснуть несколькими часами раньше,
  когда мама сказала ему, что отец сердится на них и может не прийти
  домой. Билли удивился и не мог понять, что было не так. Сила этого
  юного евангелиста вытянула его на подмостки, но когда он начал
  исповедь, все пошло кувырком. Ну, теперь по крайней мере папа
  вернулся домой.
   - Прости, - сказал Билли. - Я не хотел...
   - Шшшшшш. Нам надо вести себя тихо. Мы не хотим чтобы нас
  слышала мама, да?
   - А почему нет?
   - Потому что она спит, - ответил Джон. - Мы не хотим ее
  разбудить. Пусть это останется между нами, мужчинами. Я хочу, чтобы
  ты одел ботинки. Нет, не переодевайся, сойдет и пижама. Я хочу тебе
  что-то показать. Пошли быстрее, но тихо.
   Голос отца