мных кругов под глазами; ее волосы были все так
  же длинные и блестящие, а индейская комплекция создавала ложное
  ощущение идеального здоровья.
   - Самое холодное время года еще впереди, - сказала она и
  вернулась к своей работе. Рамона постоянно удивлялась тому, как
  быстро Билли растет; одежду, которая была ему впору еще месяц назад,
  уже надо было сдавать в готорнскую комиссионку.
   - Ты не хочешь пойти посмотреть?
   - Я знаю, как это выглядит. Все белое.
   Внезапно Билли понял, что мать не любит ни холод, ни снег.
  Часто по ночам она сильно кашляла, и через тонкую стену он слышал,
  как отец утешал ее: "Ты не должна вставать", говорил он быстро, "тебе
  лучше остаться лежать здесь".
   Джон подошел сзади к сыну и положил обветренную руку ему на
  плечо.
   - Почему бы нам не одеться и не прогуляться?
   - Да, сэр! - Билли широко улыбнулся и помчался в гардероб за
  своей зеленой паркой с капюшоном.
   Джон взял из гардероба свою голубую джинсовую куртку с
  подкладкой из овчины, одел ее, а затем натянул на голову черную
  вязаную шапочку. За прошедшие десять лет Джон Крикмор похудел и
  посуровел; его широкие плечи немного ссутулились из-за сезонных
  полевых работ и постоянных трудов по поддержанию ветхого домика в
  порядке после летней жары и зимнего мороза. Ему было тридцать семь,
  но морщины на лице - глубокие и прямые, как борозды, которые он
  пропахивал на полях - старили его