ваясь
  к очередному гудку сирены.
   - Можно мне с тобой? - спросил Билли.
   - Нет, - твердо ответил Джон. - Ты останешься здесь. Я вернусь,
  как только все разузнаю, - добавил он обращаясь к Рамоне, которая
  вышла в переднюю вслед за мужем, держа в руке масляную лампу. Джон
  открыл дверь, и на петлях заскрипел намерзший лед. Он направился к
  своему видавшему виды, но еще достаточно крепкому "Олдсмобилю"
  пятьдесят пятого года, различные части которого, пострадавшие в ряде
  аварий, отличались друг от друга цветом. Кристаллики льда как искорки
  блестели в воздухе. Джон сел за руль, газанул, чтобы прогреть холодный
  двигатель, и, выпуская синие клубы выхлопных газов, машина тронулась
  по грязной дороге по направлению к главному шоссе. Как только он
  свернул на шоссе и двинулся по направлению к Готорну, то сразу увидел
  красные кометы мерцающих сигналов и с ужасающей отчетливостью
  понял, что полицейские машины припаркованы у дома Дейва Букера.
   Джон оцепенел, когда увидел сами полицейские машины и
  машины скорой помощи, а также темные фигуры людей, стоящих рядом.
  Фары "Олдса" выхватили из темноты полицейского в накидке,
  говорящего по рации; поодаль стояли Хэнк Вайтерспун и его жена Паула
  в пальто, одетые поверх пижам. Они жили в ближайшем от Букеров
  доме. Окна дома Букеров сияли ярким светом, который освещал фигуры
  входящих и выходящих из дома людей. Джон остановил машину