ла вокруг
  головы бледно-розовый шарф. После долгого бабьего лета погода
  словно сорвалась с цепи и дождевые облака наползали с севера.
  Холодный ноябрь редок в Алабаме, но этот был похож на неуклюжего
  серого медведя с шубой из ледяного дождя. В тот момент, когда Рамона
  боролась со своим стареньким пальто из шотландки, она почувствовала,
  что Джон смотрит на нее, стоя рядом с дверью. Он стоял и строгал
  перочинным ножом деревяшку, а когда Рамона поинтересовалась, не
  желает ли он поехать вместе с ними, то повернулся и снова уселся на свой
  стул. Нет, конечно нет, подумала она. Ей придется делать это, как
  всегда, одной.
   Двое мужчин терпеливо ждали в своем стареньком зеленом форде-
  пикапе. Идя под порывами ветра к грузовичку, Рамона заметила, что
  большая часть сухих коричневых листьев на ясенях и вязах, окружавших
  маленькую ферму, подобно цепким сморщенным летучим мышам крепко
  держатся за свои ветви. Это, а также большое количество черных
  дроздов на полях, как знала Рамона, ясный признак, что зима будет
  суровой.
   Захария открыл дверь при ее приближении, и она произнесла:
   - Теперь я готова.
   Когда они отъезжали от дома по грязной узкой проселочной
  дороге, которая прорезала сосновый бор и соединялась с шоссе N 35
  округа Файет, Рамона оглянулась через плечо и мельком увидела
  смотрящего в окно Джона. Ее сердце защемило от грусти, и она быстро
  отвернулась.
   Грузовик