ой стороны комнаты занимали мужчины, и три стола с другой стороны -
  женщины. Напротив Бартоломью, Роше, Уолберна и Дженнингза размещались Дебби
  Латтимор, Мэрилин Назарро и Бет Трейси. Последняя тоже была тогда в комнате
  для пинг-понга. Напротив нашего стола сидела Хелен Дорси, помешавшаяся на
  чистоте, а с ней - Рут Эйренгарт и Айви Поллетт, две подозреваемые из моего
  списка, которых я прежде не видел. Что я могу о них сказать? Они полностью
  соответствовали своим досье: Рут - худая, изможденная женщина, которая
  перенесла нервный срыв после рождения десятого ребенка, и Айви - тоже худая,
  но посуше и еще более бледная, как и должна выглядеть старая дева, которой
  за сорок и которая посвятила всю свою жизнь больной матери, а после ее
  смерти стала страдать манией преследования, включая попытки изнасилования,
  шпионаж и всевозможные тайные заговоры. Был ли кто-то из них виновен в
  убийстве? Может быть, Айви Поллетт снова решила, что ее преследуют, и
  принялась расставлять своим врагам ловушки?
   Но подобное теоретизирование не давало ничего хорошего. Мне уже давно
  стало ясно, что вполне приемлемый, хотя и лишенный всякой логики мотив можно
  выудить из досье любого из тех, кто присутствовал сейчас в этой комнате. Так
  я убийцу не найду. Если я его вообще когда-нибудь найду.
   Джерри Кантер тихонько постучал костяшками пальцев по столу, чтобы
  привлечь мое внимание, и многозначительно кивнул:
   - Посмотрите туда.
   Он имел в