был таким омерзительным типом, я бы рассказал ему
  правду. В общем-то это объясняло то, почему доктор Камерон не ввел его в
  курс дела. Этот вопрос долго не давал мне покоя, но теперь я понимал, почему
  он решил самостоятельно искать выход из создавшегося положения и не делиться
  своими мыслями с помощником: чтобы не подвергаться насмешкам и оскорблениям
  с его стороны, а вовсе не из соображений безопасности.
   Но тогда зачем позволять Фредериксу крутиться под ногами? Впрочем,
  подумал я, найти человека на должность помощника в "Мидуэе", должно быть,
  нелегко. Сам доктор Камерон занимал свое место с удовольствием - ведь
  "Мидуэй" был творением его рук, - а вот помощник находился здесь временно,
  это для него была лишь ступенька карьеры. Хорошие специалисты охотнее пойдут
  в больницы и санатории, где нужно заниматься настоящей работой, а не в
  реабилитационное заведение для бывших пациентов. Выбор у доктора Камерона
  был, вероятно, невелик, вот почему здесь и появился доктор Фредерике.
   А он тем временем отмахнулся от моих возражений насчет чувства
  превосходства:
   - Я наблюдал за вами во время занятия, Тобин. Вы считали себя просто
  наблюдателем, а совсем не участником. Вы смотрели на остальных, будто они
  разыгрывают перед вами представление для вашего удовольствия.
   - Вовсе нет, - запротестовал я и чуть было не добавил: "Совсем не для
  удовольствия, а для прояснения ситуации".
   - Не лгите мне, Тобин.
   - А вы не