из магазинов: тащил всякую мелочь,
  которая была ему не нужна, и именно клептомания привлекла к нему внимание
  властей. Когда его дом обыскали, все эти вещи были найдены в комнатах,
  битком набитых всякой ерундой: они валялись вперемешку со старыми газетами,
  отдельными предметами из мебельных гарнитуров, мешками с гниющим мусором,
  сваленной в кучи старой одеждой и всякой мыслимой и немыслимой дрянью.
  Старьевщик, который в конце концов вычистил его квартиру для другого
  владельца, говорил потом, что среди прочего вывез оттуда на четыре сотни
  долларов пустых бутылок.
   Почему Джорджа Бартоломью отпустили после того, как он девять лет провел
  в сумасшедшем доме, я не знаю. Возможно, дело в том, что из-за переизбытка
  пациентов было решено освободить наименее буйных и опасных. Вряд ли
  Бартоломью вылечили. Его клептомания ограничивалась только магазинами: он
  никогда не крал у людей, которых знал. Но что еще могло заставить его
  открыть ту кладовку, которой так редко пользовались, если не бес, который
  сидел у него глубоко внутри. Я смотрел на его обезображенное лицо и не видел
  на нем ничего, кроме беспомощного сочувствия доброго человека.
   Между Хелен Дорси и доктором Камероном завязался оживленный спор. Она
  настаивала, чтобы Кей подняли с пола и переложили на кровать, говоря, что
  там ей будет удобнее, а доктор Камерон не хотел трогать пострадавшую до
  приезда "скорой", которая определит, насколько серьезны