ного. Вероятно, он сказал это лишь для
  того, чтобы еще раз подколоть меня, и, когда мы проигнорировали его слова,
  больше к этому вопросу не возвращался.
   Мы поговорили о Дьюи и сошлись на том, что его приходится считать
  подозреваемым номер один. Поэтому Дьюи следует найти и допросить, а затем
  либо поскорее выселить его из "Мидуэя", если окажется, что он опасен, либо,
  если он невиновен, исключить его из списка подозреваемых. Я полагал, что
  лучше всего отправиться на поиски Дьюи ранним утром, до того, как постояльцы
  начнут просыпаться: именно в это время я его и встретил, и Боб Гейл
  предложил разбудить нас к четырем утра. Мы соберемся в кабинете доктора
  Камерона, а затем обыщем дом, разбившись на пары.
   Было уже четыре утра, но после пяти часов беспокойного, не принесшего
  отдыха сна мне совсем не хотелось идти вниз и беседовать с доверчивым
  доктором Камероном, язвительным доктором Фредериксом и по-мальчишески
  нетерпеливым Бобом Гейлом. Я вспомнил о доме, вспомнил о своей стене, и
  пожалел, что, приехав в Кендрик, не дождался обратного поезда на Нью-Йорк.
  Сейчас у меня не была бы сломана рука, не было бы сложных отношений с
  малосимпатичными мне людьми, а также причин беспокоиться о ком-то, кроме
  себя самого. Дома я целый месяц жил бы как мне вздумается - разве это не
  было бы для меня передышкой? Каким бы искренним ни было всепрощение Кейт,
  как бы она меня ни любила и ни хотела помочь,