ица, слегка покачивал вправо-влево, как бы отгоняя какую-то легкую помеху, а может - едва уловимый, но неприятный запах. Казалось, он занят скучным, утомительным, но необходимым делом, ради которого и пришел сюда. Как только Грегори попал в его поле зрения, это ощущение усилилось.
   - Я вам нужен? - произнес Персиммонс и тут же понял, что ему совсем не нравится этот тип. Он даже удивился, насколько сильной оказалась эта неприязнь. Рассматривая человека, стоявшего на дорожке, залитой ярким светом, Грегори впервые понял страсть Манассии к полному и немедленному уничтожению. Пальцы его непроизвольно скрючились, словно он собирался разодрать одежды и самую плоть врага, превратить его в кровавое месиво, но Грегори даже не заметил этого. Не изорвать, не истоптать - этого мало, именно уничтожить... Молодой человек снова поднял руку и помахал ею, словно ангел у стен Дита <У Данте - адский город, окруженный Стигийским болотом, т.е. области Ада, лежащие внутри крепостной стены и носящие общее название нижнего Ада ("Ад", Песня восьмая).>, отгоняющий зловонную атмосферу гнева.
   - Нет, - холодно ответил он, - не думаю, чтобы вы были нужны мне.
   - Тогда что же вам здесь надо? - резко спросил Грегори. - Чего ради вы шляетесь возле моего дома?
   - Я изучал карту, - ответил незнакомец, - и увидел, что место это отмечено. Здесь - центр.
   - Слуги вышвырнут вас отсюда! - закричал Грегори. - Это мои владения!
   - У вас нет слуг, - отвечал незнакомец. - Вокруг вас только рабы и тени.
   - Вы сумасшедший! - воскликнул Грегори. - Что вам нужно в моем доме?
   - Я не входил в ваш дом, - сказал странник, - еще не пришло время. Но вам нужно опасаться совсем не этого.
   Настанет день, когда вам придется войти в мой дом...
   Леддинг, осмелевший при хозяине, шагнул вперед. Незнакомец мельком взглянул на него и пригвоздил к земле. От злости шофер едва не захлебнулся словами:
   - Да вы.., да я.., да что вы тут