есть йод.
   - Лучше не откладывать, - настаивал Грегори. - Смажьте руку прямо сейчас и забинтуйте. - Он повернулся к Адриану. - А локомотив я все-таки починил. Только зря у него такие острые края. Поеду в Лондон, обменяю.
   Следующие полчаса пролетели незаметно. Лайонел, увлеченно копавшийся в книгах, случайно обернулся и увидел лицо жены.
   - Барбара, - с тревогой окликнул он, - тебе нездоровится?
   Барбара лежала в кресле, откинувшись на спинку. Она приподняла голову и секунду смотрела на мужа, не узнавая.
   Потом заговорила слабым голосом:
   - Лайонел, Лайонел, это ты? Кажется, у меня был обморок. Я что-то плохо понимаю, где я... Лайонел!
   Лайонел бросился к ней. Грегори, сидевший на полу с Адрианом, встал. Он внимательно посмотрел на женщину в кресле, взял колокольчик и позвонил. Лайонел тихо бормотал что-то, пытаясь успокоить жену. Вдруг Барбара странно выгнулась, подалась вперед, обвела комнату невидящим взглядом и закричала:
   - Лайонел! Лайонел! Боже мой, Лайонел!
   Рекстоу взглянул на хозяина.
   - Успокойте Адриана! - попросил он.
   От испуга и неожиданности малыш заплакал. Грегори подхватил его на руки и шагнул к двери, навстречу Леддингу.
   - Миссис Рекстоу плохо, - сказал он. - Позвони доктору и возвращайся, ты можешь понадобиться. Скорее!
   Леддинг исчез, а Грегори увел Адриана в другую комнату и достал из шкафа сверток необычной формы. Но Адриану было не до игрушек. Он настороженно прислушивался к приглушенным, бессвязным выкрикам, доносившимся из-за закрытых дверей и пугливо жался к Персиммонсу.
   Неожиданно крики стали громче, загрохотал опрокинутый "ул. Адриан стал вырываться и его, в сопровождении вернувшегося Леддинга, отправили к Джесси. Грегори поспешно вошел в кабинет.
   Барбара стонала в кресле. Кажется, у нее начались судороги. Иногда она вскрикивала, зовя Лайонела.
   - Я здесь, дорогая, - приговаривал он; неожиданная напасть оказалась