твенно. Недаром говорят: книга - как ребенок...
   Кому не нравятся собственные дети? Это естественно. А вот всерьез полагать, что твое чадо лучше других, проталкивать его - это уж совсем нелепо.
   - Не могу согласиться с вашим основным тезисом, - сказал Морнингтон. - Если ваши мысли лучше других, вы просто обязаны их проталкивать. Ох уж эта мне современная демократическая скромность! Почему вы думаете, что издатель, которому вы пошлете рукопись, разберется в ней лучше вас? А если он откажется, что вы будете делать?
   - Видите ли, - спокойно отвечал архидиакон, - если от нее откажутся все издатели, мне придется согласиться с ними. Securus indicat - доверяй авторитетам.
   - Ничего подобного, - сказал Морнингтон. - Умные люди должны учить мир. По доброй воле он до сих пор не принял ни одной новой идеи, их в него надо заталкивать силой.
   Он взял рукопись и принялся листать, читая заголовки: "Протокол и пакт как фазы человеческой совести", "О свойствах наций", "Виды познания во Христе, представленные в человечестве", "Достаточно ли представительна Лига Наций?".
   - Насколько я понял, - деловым тоном произнес Морнингтон, взглядывая на архидиакона, - это рассчитано на специалистов, но написано популярно. Ничего не могу обещать, но посмотреть можно. Я возьму рукопись?
   - Мне бы хотелось еще поработать в свободные дни, - ответил архидиакон. - Кое-что стоило бы поправить и заодно проверить греческий. Если вам удобно, я занес бы рукопись в издательство в понедельник или во вторник.
   - Давайте, - согласился Морнингтон. - Но решать буду не я. Скорее всего, ее отдадут рецензенту-политику. Судя по заголовкам, он вряд ли поймет что-нибудь, но вы все равно приносите. В перечне изданий у Персиммонса такой кавардак! В нем прекрасно уживаются "Флирт феерической Флосси" и "Философские беседы о черной магии". Последнюю книжку, конечно, подсунул Персиммонс-старший.
   - Вы же говорили, что он отошел о г дел,