жет...
   - Скажешь ты мне, кто это был? - спросил Грегори.
   - Нет, - покачал головой сэр Джайлс. - Слишком много о нем говорили. Брось все это, пока не поздно.
   - Неужто сам Иисус Христос собрался приглядеть за своим добром? - ухмыльнулся Грегори.
   - Иисус Христос то ли мертв, то ли на небе, то ли его присвоили церковники, - отвечал сэр Джайлс. - А вот о человеке, который приходил к тебе, говорят то же, что он и сам сказал: он царь и священник, и зовут его Иоанн. Так говорят. Как на самом деле - не знаю, но мне все это очень не нравится.
   - Ну так уноси ноги, - фыркнул Грегори. - А мы с моим владыкой встретим его и поговорим.
   - С вас станется, - сказал сэр Джайлс, повернулся и, не сказав больше ни слова, пошел к себе.
  
  ***
  
   Адриан спокойно спал. О том, какие сны ему снились, ведал лишь его ангел-хранитель, пребывающий вне тварного мира. Все прочие обитатели Калли, исключая слуг, провели ночь без сна. Лайонел прилег на кушетке рядом с женой и настороженно вслушивался в ее неровное дыхание Доктор не смог или не захотел сказать, сколько она проспит, и теперь Лайонел обмирал от мысли, что неподвижность ее не похожа на неподвижность спящего человека. Глаза ее были закрыты, дыхание отражало какую-то внутреннюю дрожь, а иногда с губ срывались невнятные, но глубокие стоны. Лайонел страдал. Его постоянная спутница оторвана от него, брошена в глубины каких-то джунглей, а он и постичь не может этот ужас. Сам он хоть как-то мог представить себя в подобном положении, но чтобы Барбара, простодушно поглощенная занавесочками на кухне, романами Вудхауза и кормлением Адриана, оказалась ввергнута вот в это! Против такой судьбы восстал даже его пессимизм.
   Неподалеку от комнаты, занятой супругами Рекстоу, лежал без сна и вспоминал былые приключения сэр Джайлс Тамалти. К себе он относился так же трезво и жестко, как и к остальным, и сейчас вполне отдавал отчет, что появление в Калли новых действующих