е мечтает немощный. Посмотри хоть на иных мистиков...
   - Нет уж, уволь, - со смехом отказался Грегори и обратился к архидиакону:
   - Посмотрите лучше на мои сокровища.
   Дом у него был большой, бестолковый и со всеми современными удобствами. Грегори провел спутников красивой лестницей на галерею. Двери, выходящие сюда, вели в личные комнаты хозяина. В небольшой зале без видимой системы размещались старые доспехи, женская головка греческой работы, два-три ларца из минойских раскопов и горка со старинным фарфором. На стенах висели китайские маски, о которых говорил Грегори, и, осмотрев их, гости во главе с хозяином перешли в следующий зал. Здесь все свободное пространство занимали книги, а в простенках межу шкафами висело несколько старинных гравюр.
   - Если бы вам удалось провести архидиакона с Граалем, - озираясь, спросил сэр Джайлс, - вы бы здесь его стали держать?
   - Ну, либо здесь, либо поблизости, - ответил Грегори. - Тут когда-то была часовня, а потом все переделали, и теперь на ее месте у меня гостиная, спальня, ванная и прочее.
   Я смотрел старый план, так вот, моя ванная как раз над тем местом, где был алтарь. Туда бы я и поставил потир, окажись он у меня. Самое приличное место, по-моему.
   - Да, пожалуй, разницы в приличиях особой нет, - сказал архидиакон, - что поставить потир в ванную, что красть его из церкви. Боже сохрани, мистер Персиммонс, я никого не имею в виду, просто привожу пример сравнительной морали.
   - Вряд ли это удачное сравнение, - не согласился сэр Джайлс, - ведь в одном случае вы имеете дело со страстью коллекционера, и она, конечно, влияет на поступки. А в другом случае, действие относительно свободное.
   - По-моему, оба эти действия одинаково свободны, - сказал архидиакон, двигаясь по комнате вслед за Грегори. - Человек волен знать свою судьбу, но не может избежать ее.
   - Но выбрать-то он может, - ответил Грегори, снимая с полки книгу. - В его власти