это неприятности вы сожалели, мистер Персиммонс? - Он повернулся лицом к хозяину, спиной - к сэру Джайлсу.
   - Я? Сожалел? - поспешно удивился Грегори. - Тут не о чем говорить. Нелепая случайность, вот и все. Просто благодаря вашему излишнему усердию, дорогой Морнингтон, архидиакон теперь обвиняет меня в том, что у него украли потир, о котором писал сэр Джайлс. Естественно, я предпочел бы, чтобы он никогда не видел этих гранок. Надеюсь, вы согласитесь, что гранки - рабочий документ, не предназначенный для всеобщего обозрения.
   - Вы же не читаете личных писем со ступеней собора! - добавил сэр Джайлс. - А тех, кто читает, я бы сажал в помойную яму.
   - Ну, ну, Тамалти, вы уж слишком! - проговорил Персиммонс, глядя, как Кеннет в ярости ходит кругами вокруг стола. Барбара и Лайонел начали торопливо собираться. - Конечно, профессиональная этика предполагает конфиденциальность, но мы тут слишком строги. Знаете, Тамалти, нынешнее поколение на многое смотрит иначе. Они уже не так зажаты, не так догматичны, можно сказать.
   - Не так порядочны, вы имеете в виду, - уточнил сэр Джайлс. - Однако это ваше дело, не мое. Вы ведь издатель.
   - Не будем об этом говорить, - приятным голосом сказал Грегори.
   - Нет, будем! - воскликнул Кеннет. - Что же получается? Можно обозвать меня лжецом, вором и еще бог знает кем только за то, что я сделал совершенно законную вещь, а потом простить - и все? Извините, Барбара, но я этого так не оставлю.
   - Вы ничего не можете сделать, - ухмыльнулся сэр Джайлс. - Мы же простили вас, любезный, и дело с концом.
   Кеннет топнул ногой.
   - Это вы должны попросить прощения, - сказал он. - Сэр Джайлс, какая такая тайна скрыта в этой чертовой книге?
   Барбара подошла к Морнингтону и ласково взяла его за руку.
   - Кеннет, милый, успокойтесь, - тихо сказала она и повернулась к Грегори:
   - Мистер Персиммонс, я не совсем понимаю, о чем речь, но нельзя ли обойтись без