аимных прощений? - Теперь она, мило улыбалась сэру Джайлсу. - Мне кажется, сэру Джайлсу приходилось прощать многим людям в самых разных странах, и нас он, честное слово, может пощадить.
   Лайонел пришел на помощь жене.
   - Кажется, здесь больше моей вины, - сказал он, - Гранки-то были у меня, а про этот невыправленный экземпляр я совсем забыл. Браните меня, сэр Джайлс.
   - Что там внутри конторы, это ваше дело, - не сдавался сэр Джайлс. - Но какой-то чужак, поп, да еще сумасшедший!..
   - Этот сумасшедший поп... - начал Кеннет, но его тут же перебила Барбара.
   - Да о чем вы толкуете? - воскликнула она. - Мистер Персиммонс, можете вы мне объяснить?
   - Конечно, конечно, моя дорогая, - любезно проговорил Грегори. - Не только объяснить, но и показать. Адриан вот уже видел. Мы с ним играли сегодня утром. Речь идет об идентификации одного старого потира.
   Он провел своих гостей в зал и остановился возле полки.
   - Вот стоит потир. Он мой. Я приобрел его у одного грека, а ему он достался от предков, бежавших, когда турки пришли в Малую Азию. Чаша проделала путь из Эфеса в Смирну. Любопытный экземпляр, но не более того. Теперь о Граале. К несчастью, наш архидиакон прочел абзац, из-за которого мы тут повздорили, а потом случились сразу три события. Я поинтересовался, нет ли у него лишнего потира для одного моего приятеля; воры ограбили местную церковь; архидиакона стукнул по голове какой-то бродяга. Теперь он считает, что этот бродяга - я, а этот потир - как раз тот, что украли из его церкви. Это он говорит, что украли.
   - Что значит "он говорит"? - спросил Лайонел.
   - По правде сказать, никто из нас близко не знаком с архидиаконом, - сказал Грегори. - А ведь некоторые клирики не считают зазорным получить лишний пенни, продав какому-нибудь американскому миллионеру что-нибудь древнее. Власти почему-то этого не одобряют, и если вещица-другая исчезнет с помощью бродяги или злодея-соседа...