ь встречаться раньше, поэтому обошлось без долгих вступлений.
   В ответ на просьбу секретаря Министерства иностранных дел о личной встрече Шилдрейк невесело рассмеялся.
   - Дорогой лорд Белсмер, - горько сказал он, - я бы с радостью, но тогда вам придется прислать армейскую дивизию, иначе меня не вызволить. В имении толпы людей, они стоят, сидят, лежат на земле, стучат в двери. Каждая деревня, каждая ферма в округе делегировала сюда своих калек, и теперь все они требуют, чтобы я их лечил.
   - А вы что? - спросил заинтригованный лорд Белсмер.
   - В каком смысле? - переспросил Шилдрейк.
   Секретарь устыдился собственного любопытства.
   - Я имею в виду, разве местные власти не оказывают вам содействие? - нашелся он.
   - Да, они стянули сюда всю полицию, - ответил Шилдрейк, - и сейчас запрашивают из Лондона подкреплений, но это едва ли поможет нам увидеться завтра.
   - Я поговорю с людьми из Министерства внутренних дел, - значительно пообещал лорд Белсмер, - а вы уж, в свою очередь, пообещайте мне не покидать Англию и не избавляться от камня, не повидавшись со мной.
   Шилдрейк колебался. Самым сильным его желанием было убраться из Англии как можно скорее, но убраться с камнем. Однако, если у министерства иностранных дел другие планы, это вряд ли получится. И чего их вообще понесло в эту историю? Не будет же Министерство иностранных дел заниматься каким-то камнем. Правда, Сесилия утром говорила, что в дело замешаны правительственные круги, а камень вроде бы попал в Англию из-за границы...
   - Если вы меня вытащите отсюда, - сказал он наконец, - я, конечно, буду рад повидаться с вами перед отъездом.
   - Вы что, в самом деле не можете выбраться? - с недоумением спросил лорд Белсмер. Он не мог представить, каким образом толпа, пусть даже большая толпа, может осадить поместье. Такого ему просто не доводилось видеть.
   А посмотреть стоило. Перед парадным входом дома Шилдрейка волновалось человеческое