я?
   - Он же не для себя!
   - Я же не прошу, чтобы ты им пользовалась для себя.
   Если ты одолжишь его мне или сделаешь для меня еще один, никакого эгоизма в этом не будет, - настаивал Френк. - Я же думал, ты хочешь, чтобы я сдал... Только, по-моему, тебе до этого и дела нет.
   - Не надо, Френк! - взмолилась Хлоя.
   - А что я могу сделать, если это именно так и выглядит, - продолжал Френк, введенный в заблуждение ее тоном. - Ты вовсе не рвешься помогать людям, только я никак не пойму - почему? Сама-то ты никогда не упускала удачной возможности, а мне, значит, нельзя. Думаю, если бы тебя увольняли с работы, например, ты бы им быстренько воспользовалась.
   - Нет! - негодующе воскликнула Хлоя. - Даже если бы я с голода умирала, и то бы не стала им пользоваться.
   - Ах, не надо этих драматических эффектов, - с досадой произнес Френк.
   Дальше они шли молча. В какой-то момент их руки разъединились и, кажется, никто из них этого не заметил. Хлоя шла налегке, но маленькая сумочка казалась ей невообразимо тяжелой, ведь там, завернутый в платок судьи, лежал кусочек Непостижимого Протовещества. Камень словно подтрунивал над ней из своего укрытия.
   "Ну-ка, выброси меня, - нашептывал он, - просто выброси в канаву. Стоит ли из-за меня переживать все эти неприятности? "
   Хлоя размышляла. Здравый смысл подсказывал ей, что Френк едва ли одобрил бы такой странный во всех отношениях поступок. Да и кто она такая, чтобы бросать камни?
   "Но я же - твой, - продолжал искушать камень, - твой собственный, и ничей больше. Так почему бы тебе не избавиться от меня? Выброси, и дело с концом. А то в другом пробросаешься: Френка упустишь". Откуда-то из глубины памяти всплыли слова... "Моих друзей и возлюбленных... - как это там говорилось? Кажется, так:
   - удалил Ты от меня, и глаза мои не видят знающих меня..." <"Братьев моих Он удалил от меня, и знающие меня чуждаются меня" (Иов 19:13).> Нет, она не хотела обойтись