овсем немного, а она из чистого самолюбия даже не попробовала его понять. В самом деле, пользовался же камнем лорд Эргли. Хотя, конечно, он пользовался камнем, чтобы помочь другому. Ну и что? Ее тоже просили помочь другому. Не она же этот экзамен сдает. А судья убеждал ее пользоваться камнем и для себя, если нужда возникнет или опасность придет откуда-нибудь. Да, но то - опасность, а здесь - желание Френка побыстрее отделаться от экзаменов. Вряд ли экзамен так уж опасен... А даже если бы и так, смеет ли она? Хлоя не могла представить себе, чтобы лорд Эргли воспользовался камнем, например, для победы на выборах. Хотя лучше него Верховного судьи и быть не может, он и судил бы лучше других. Наверное, так нельзя, думала Хлоя. Какое у нее право требовать от Френка поступать так же, как Верховный судья? Вот если бы можно было спросить самого Сулеймана ибн Дауда, как использовать камень подобающим образом! Хотя, судя по легендам, даже Сулейману мудрость порой изменяла... Асмодей же занял его престол, и дочь фараона его обманывала.., и алтари он воздвигал не тем богам... Она вспомнила разговор с лордом Эргли. Он предложил верить в бога.., но в какого? В бога Сулеймана, Цезаря, Карла или Гарун-аль-Рашида? Или все они верили в одного и того же бога? А может быть, это был собственный бог камня?
   Наполовину бессознательным движением Хлоя нащупала под подушкой шелковый узелок с камнем, и едва она коснулась его, как сон или какая-то другая волшебная сила подхватили и унесли ее. Уже не понять, во сне или наяву, тогда же или некоторое время спустя, ей открылись бездонные глубины космоса... Но пока она вперяла взор в бесконечность, произошла метаморфоза, и перед ней возник огромный колонный зал, заполненный толпами людей. Откуда-то издали послышался гул, толпа заволновалась и разделилась надвое. Хлоя ощущала себя среди этих людей, но не в каком-то конкретном месте, а так, словно она проносилась сквозь людские множества. Вокруг мелькали смуглые лица,