изложу вкратце... - и он рассказал об остальных известных свойствах камня. Мэр Рича угрюмо слушал. - Я, правда, не ожидал, - закончил министр, - что все эти конфиденциальные сведения так быстро станут известны в нашем транспортном союзе. Было бы весьма интересно узнать, какими источниками информации вы пользовались, мистер Мерридью? - он слегка поклонился Председателю.
   - А вот это уж мое дело, - не пожелал снизойти к его заинтересованности Мерридью. - Если речь идет о научном изобретении, а по-моему, так оно и есть, то оно должно принадлежать государству. И тогда уж правительство должно позаботиться о том, чтобы вводить его в экономику постепенно, с учетом всех последствий.
   - А люди тем временем будут умирать, - прокомментировал мэр.
   - Черт побери! - воскликнул Мерридью. - Я тоже о людях забочусь.
   - О больных и умирающих? - уточнил Клершоу. - О слепых, хромых, парализованных и раковых больных? Нет, как хотите, а экономика и медицина - вещи разные. Тело все-таки важнее одежды.
   - Однако и голым долго не проходишь, - подхватил Браун. - Хорошо, джентльмены, продолжим дискуссию. Что вы хотели сказать, господин Председатель?
   - Я протестую! - заявил Мерридью. - Не надо передергивать. Я абсолютно ничего не имею против использования камня в медицинских целях.
   - Равно как и я не возражаю против транспортных ограничений, - подхватил мэр, и оба они посмотрели на Гатера Брауна.
   - Ну что ж, прекрасно, - вздохнул министр. - Когда демократия возляжет с демократией... Позвольте спросить, джентльмены, а как вы видите широкое использование камня в медицинских целях и содержание в строжайшем секрете других его свойств, причем одновременно?
   - Ну, доктора... - неуверенно начал Мерридью.
   - Едва ли, - скептически перебил его министр. - Не забудьте, доктора здесь ни при чем, камень должен находиться у больного и управляться его волей. Вот я и думаю, как можно помешать больному отправиться по своим делам