Донкастер, - что миссис Рут Фергюсон по моему настоянию хранит у себя спорное имущество, вот этот камень, до тех пор, пока я не получу доказательства честности намерений некоего Энгуса М. Шилдрейка, как он себя называет, каковой Энгус М. Шилдрейк претендует на владение этим камнем.
   - Что вы там несете? - в ярости спросил Шилдрейк. - Какой в этом толк?
   - Не знаю, - признался довольный Оливер, - но звучит здорово, правда?
   - Вы что, всерьез полагаете, что я должен доказывать свои права на всякую побрякушку первому встречному идиоту, который остановит меня на улице, любому карманнику, который попытается у меня ее стащить?
   - Ну, если придерживаться фактов, это ведь вы пытались остановить меня и выпотрошить мои карманы, - резонно заметил Оливер. - Мы, кажется, собирались посвятить ближайший вечер рассмотрению доказательств ваших прав владения, но можно ведь и отложить это занятие.
   - Пока я не собираюсь выпускать из вида эту женщину, - проворчал Шилдрейк. - Я поеду за ней.
   - "И ее народ станет твоим народом, и ее боги - твоими богами", - покачав головой, пробормотал Оливер. - Внезапное обращение миллионера. Зов старого дома. "О Дикси, моя Дикси, окончен наш опасный путь..."
   - Подите к дьяволу! - огрызнулся Шилдрейк, садясь в машину. - Барнс, следуйте за той проклятой старухой в черном капоре.
   - Да, сэр, - отозвался шофер и присоединился к процессии.
   Ее возглавляла миссис Фергюсон, в нескольких шагах за ней шла миссис Пентридж, еще чуть позади шагал Оливер Донкастер, рядом с ним ехал по дороге автомобиль Шилдрейка, их сопровождала быстро увеличивающаяся толпа местных жителей. То и дело в ней раздавались удивленные возгласы - это очередному зеваке рассказывали о чудесном исцелении.
   Именно из-за большого скопления людей, а вовсе не из-за слабости миссис Фергюсон дорога до ближайшего городка Рич-на-озере заняла около часа. Там, в Риче, и проживала страдающая астмой сестра миссис Фергюсон.