ился в трех футах
  от края этого утомительного для глаз мрака, слегка вытянул голову вперед -
  изумленный, как бродяга из сказки, глядевший в самое большое волшебное
  зеркало черта, какое только могли вообразить себе братья Гримм, которое
  ничего не отражало. Оно было заколдованно или что-то в этом роде, но
  предоставляло замечательную возможность бросить взгляд, при котором дыбом
  встают волосы, - взгляд прямо в вечность.
   Держа дробовик одной рукой, другой он нащупал и поднял с земли камень
  величиной с лимон. Осторожно бросил его в дверь: был уверен больше чем на
  пятьдесят процентов, что камешек отлетит от черноты с жестким
  металлическим лязгом. Было легче поверить, что он видит предмет, чем в то,
  что заглядывает в бесконечность. Но камень пересек вертикальную плоскость
  двери и исчез без звука.
   Он придвинулся ближе.
   В качестве эксперимента ткнул стволом ремингтоновского ружья во мрак
  за воображаемым порогом. Ствол не просто пропал во тьме. Нет, сама чернота
  так недвусмысленно заявила свои права на переднюю часть его ружья, что ему
  показалось, будто кто-то запустил мощную электропилу на полную скорость и
  провел лезвием по стволу до затворной рамы, почти дойдя до приклада, и
  аккуратно срезал металл.
   Эдуардо вытянул "ремингтон" обратно, и снова появилась передняя часть
  ствола. Казалось, ее ничто не затронуло.
   Коснулся стали и дерева с клетками резьбы на зажиме затворной