из черноты
  толщиной с бритвенное лезвие исчезла. Лес стоял там же и такой же, какой
  всегда.
   Он дополз до того места, где находилась дверь, тупо размышляя, не
  обвалилась ли она и не лежит ли теперь плоско на земле, превратившись в
  бездонный колодец. Но она просто пропала.
   Дрожащий и обессиленный, ежась от головной боли, настолько мощной,
  что, казалось, сквозь мозг протянули раскаленную проволоку и теперь ее
  подергивают, он аккуратно встал на ноги. Его качало, как пьяницу,
  протрезвевшего после недельного кутежа.
   Доковылял до того места, куда, как помнил, положил свою видеокамеру.
   Ее там не было.
   Поискал вокруг, постепенно расширяя зону, начиная от того места, где
  камера должна была лежать, пока, наконец, не убедился, что находится уже
  там, где сегодня не был. Найти камеры он не смог.
   Дробовик исчез точно так же. И отброшенный дискмен с наушниками.
   С неохотой он вернулся в дом. Сварил крепкого кофе, почти такого же
  горького и черного, как эспрессо. С первой чашкой он выпил две таблетки
  аспирина.
   Обычно он делал слабый отвар и ограничивал себя двумя-тремя чашками.
  Слишком много кофеина может спровоцировать неприятности с простатой. Но
  этим утром его вообще не волновала простата, даже то, что она может
  раздуться как баскетбольный мяч. Ему был нужен кофе.
   Отстегнул кобуру, с покойно пролежавшим в ней все это время
  пистолетом, и