реалистическими! Стоило прочесть только несколько страниц книги или
  один рассказ, как Эдуардо явственно ощущал, что их точка зрения охватывает
  чрезвычайно маленький сектор реальности, как будто они глядят на мир через
  щель в маске сварщика. Они, конечно, писали хорошо, но писали только о
  крошечной лучинке человеческого знания в большом мире и бесконечной
  вселенной.
   Теперь Эдуардо предпочитал писателей, которые могли заглянуть за
  горизонт и знали, что человечество однажды подойдет к концу своего
  детского возраста. Их верящий разум смог одержать триумф над
  предрассудками, невежеством и осмеливался мечтать. Ему захотелось снова
  купить второй дискмен и дать "Вормхарту" еще один шанс.
   Эдуардо подумал, что хорошо бы поверить в то, что существо, которое
  прошло через двери, было именно человеком из далекого будущего, или, по
  крайней мере, добронравным существом. Но оно ушло в бега вот уже больше
  чем пять недель назад, а такая секретность явно не указывала на его благие
  намерения. Он пытался не быть ксенофобом. Но инстинкт подсказывал, что его
  задело не просто нечто, отличное от человеческого, но также искони
  враждебное ему.
   Хотя его внимание было сосредоточено чаще на нижнем восточном лесе,
  на той его части, где открылась дверь, Эдуардо не чувствовал себя уютно,
  прогуливаясь и по северному или западному лесу, из-за того, что
  вечнозеленая ширь