тревожного странствия.
  
  
   Дом появился в виду, когда он проехал треть полумильного выезда, и
  продолжая взбираться наверх, он приблизился еще на шестьдесят -
  восемьдесят ярдов, прежде чем понял, что что-то не так. Резко нажал на
  тормоза.
   Перед тем как уехать в Иглз Руст, он зажег свет во всех комнатах:
  ясно помнил, что все окна горели, когда отъезжал. Его тогда охватила
  детская неприязнь к возвращению в темный дом.
   Ну что же, а теперь он темен. Черен, как тьма у дьявола в животе.
   Прежде чем совершенно осознал, что делает, Эдуардо передернул затвор,
  одновременно запирая все двери автомобиля.
   Он посидел немного, просто глядя на дом. Парадная дверь была закрыта,
  и ни одно из тех окон, которые он мог видеть, не было разбито. Казалось,
  все в порядке.
   Исключая то, что каждая лампа в каждой комнате, без пропусков,
  выключена. Кем? Чем?
   Предположил, что это произошло из-за аварии на электростанции, - но
  сам этому не поверил. Иногда монтанская гроза была причиной отключения:
  зимой пурга и скопившийся лед могли разрушить систему энергоподачи,
  продавить провода, свалить столб. Но сегодня не было непогоды, и ветер был
  самый тихий и нежный. Он не заметил ни одного поваленного столба по
  дороге.
   Дом ждал.
   Нельзя сидеть всю ночь в машине. Нельзя в ней жить, черт возьми!
   Он медленно поехал оставшуюся часть дорожки и остановился