единственный больной в палате. Его совсем недавний сосед,
  пятидесятилетний специалист по планированию фермерского хозяйства,
  пролежав три дня, умер вчера от осложнений после обычной операции на
  желчном пузыре.
   Кроуфорд сел на край свободной постели.
   - У меня есть хорошие новости для тебя.
   - Я этим воспользуюсь.
   - Департамент Внутренних дел наконец составил окончательный рапорт о
  перестрелке, и ты оправдан во всех действиях. Что еще лучше, и шеф, и
  комиссия собираются принять их как решающие.
   - Почему же я не хочу плясать?
   - Мы оба знаем, что весь запрос о специальном расследовании был
  дерьмом. Но мы также оба знаем... что раз уж они открыли эту дверь, то не
  всегда закрывают ее, не хлопая по пальцам некоторых невинных парней.
  Поэтому мы возносим наши благословения.
   - Они оправдали и Лютера?
   - Да, конечно.
   - Хорошо.
   Кроуфорд сказал:
   - Я поставил твое имя в список на благодарности - Лютера тоже,
  посмертно. Обе кандидатуры, кажется, собираются одобрить.
   - Спасибо, капитан.
   - Вы заслужили.
   - Я не собираюсь проклинать кретинов из комиссии, а шеф может тоже
  идти в ад пешком, вот и все. Но что значит для меня, так то, что именно вы
  вписали наши имена.
   Опустив взгляд на коричневую кепку, которую он крутил и мял в своих
  смуглых руках, Кроуфорд сказал:
   - Я ценю это.
   Они оба немного помолчали.