ми. Его бедра высохли. Хотя икроножные мышцы
  и получали небольшую пассивную нагрузку, они значительно атрофировались.
  Первый раз в жизни Джек был расплывшимся и дряблым в талии - в
  единственном месте, которому он придавал значение.
   Одно путешествие по комнате с помощью сиделок и костылей бросило его
  в пот, как будто пытался отжать пятьсот фунтов. Тем не менее этот день был
  праздником. Жизнь продолжается. Он почувствовал себя возрожденным.
   В окне, которое обрамляло крону высокой пальмы, как будто милостью
  ничего не ведающей, но доброй вселенной, появилось в небе трио чаек,
  заблудившихся над землей вдали от берега Санта-Моники. Они повисели в зоне
  теплого воздуха с полминуты, как три белых летучих змея. Внезапно птицы
  промелькнули через голубизну в воздушном балете свободы и исчезли на
  западе. Джек следил за ними, пока они не пропали: его зрение затуманилось.
   Хитер и Тоби навестили его этим вечером и принесли
  орехово-масляно-шоколадное мороженое. Несмотря на расплывшуюся талию Джек
  съел свою порцию.
   Этой ночью ему снились чайки. Три. С победно широким размахом крыла.
  Белые и светящиеся, как ангелы. Они медленно летели, взмывая и ныряя,
  смело выписывая петли, но все время на запад, и он бежал по полям внизу,
  пытаясь угнаться за ними. Он снова мальчик и вытягивал руки, как будто они
  - крылья, взбегал на холмы, сбегал по заросшим травой склонам.