щиков разорвали бы белок там, где их и
  нашли, оставив несколько косточек, несъедобные лапки, плоский покрытый
  мехом кожи и хорошо поклеванные и поцарапанные зубами черепа.
   Полное исчезновение останков, однако, значило только то, что белок
  утащил пришелец. Или его другие заместители, управляемые колдовским
  образом.
   Вероятно, доведя их до смерти, путешественник хотел теперь осмотреть
  их тела, чтобы выяснить, почему именно они погибли, - чего нельзя было
  сделать с теми енотами, потому что Эдуардо вмешался и отвез их ветеринару.
  А может быть, он ощущал, что они, как и еноты, - свидетельства его
  присутствия. Наверное, он предпочитал обрезать все концы, какие возможно,
  до тех пор, пока его положение в этом мире не станет более уверенным.
   Он стоял посреди луга, уставившись в то место, где были белки.
  Размышлял. Потом поднял левую руку, в которой болталась разбившаяся
  ворона, и только теперь поглядел в ее незрячие глаза. Блестящие, как
  полированное эбеновое дерево, и выпученные.
   - Ну же, - прошептал он.
   В конце концов отнес ворону в дом. У него были на нее виды. Был план.
  
  
   Дуршлаг с проволочной сеткой был соединен крепкими стальными кольцами
  наверху и внизу и стоял на трех коротких стальных ножках. Размером с
  котелок на две-три кварты. Эдуардо использовал его, чтобы отбрасывать
  макароны, когда готовил их в большом количестве для салата или