л он разделаться с
  первой бутылкой пива, когда услышал какое-то движение на заднем крыльце.
  Тихий глухой звук и скрип, потом снова глухой звук. Определенно, это
  шевелилась не ворона. Звуки слишком тяжелые. Они были неуклюжи, и
  производило их нечто, что неловко взбиралось по трем деревянным ступенькам
  крыльца.
   Эдуардо встал на ноги и взял ружье. Его ладони стали липкими от пота,
  но он мог держать оружие.
   Еще один глухой звук и скрип по песку.
   Его сердце билось со скоростью птичьего, быстрее чем у вороны, даже
  тогда, когда та была жива.
   Гость - откуда бы он ни был, как бы он ни звался, живой или мертвый -
  достиг верхней ступеньки и двинулся по площадке к двери. Больше никаких
  глухих звуков. Только волочение и шарканье, скольжение и скрип.
   Видимо, благодаря литературе того сорта, что он читал все последние
  несколько месяцев, голова Эдуардо наполнилась образами различных неземных
  созданий, которые могли бы производить такие звуки вместо обычных шагов.
  Каждый был зловещее по виду, чем предыдущий, пока в мозгу не зарезвились
  чудовища. Одно чудовище не было неземным, относясь более к По, чем к
  Хайнлайну или Брэдбери. Готическим, а не футуристическим, не только с
  Земли, но и из земли.
   Оно шло к двери: все ближе и ближе. И, наконец, достигло ее и замерло
  у двери. Незапертой двери.
   Тишина.
   Эдуардо нужно было сделать только три шага, схватиться за