ились для вечера в
  Кантри-Вестерн баре, но не смогли скрыть своей настоящей природы. Янгблад
  выглядел так, как будто он родился в наряде из вестерна, где-то между
  зарослями кактусов и походным костром, а вырос на спине коня.
   Хотя он обладал достаточно внушительной внешностью для того, чтобы
  захаживать в бар мотоциклистов и иметь успех в толпе ковбоев, поверенный
  говорил тихо и был так вежлив, что Джек почувствовал, насколько дурны его
  собственные манеры, ухудшившиеся под постоянным воздействием изнашивающей
  жизни в городе.
   Янгблад покорил сердце Тоби, назвав его скаутом и предложив учиться
  верховой езде: "Придет весна, начнем с пони, конечно... убедим сначала
  твоих, что все отлично!" Когда юрист надел замшевую куртку и ковбойскую
  шляпу перед тем, как проводить их на ранчо Квотермесса, Тоби уставился на
  него, раскрыв широко глаза от благоговения.
   Они ехали за белым "бронко" Янгблада шестнадцать миль по земле, даже
  более прекрасной, чем казалось по фотографиям. Две каменные колонны,
  поддерживающие деревянную арку с дождевым стоком, отмечали въезд в их
  имение. Выжженные на арке корявые буквы складывались в "Ранчо
  Квотермесса". Свернули с сельской дороги под знак и направились вверх.
   - Это все наше? - спросил Тоби с заднего сиденья, в восторге от вида
  всех этих полей и лесов. Прежде чем Джек или Хитер ему ответили, он задал
  вопрос, который, без сомнения,