ибыл транспорт от компании по перевозке из Лос-Анджелеса:
  остаток их одежды, книги, компьютеры Хитер и дополнительное оборудование к
  ним, игрушки и игры Тоби, все другие вещи, которые они не захотели
  выбросить или продать. Присутствие большого числа знакомых предметов
  делало их новый дом более похожим на что-то родное.
   Хотя дни сделались холоднее и мрачнее за одну неделю, настроение у
  Хитер оставалось веселым и легким. Ее больше не беспокоили приступы
  тревоги, как тот, который она пережила, когда Пол Янгблад показывал им их
  поместье в первый раз вечером в понедельник: с каждым днем этот
  параноидальный эпизод уходил все дальше из ее мыслей.
   Она смела все паучьи сети с их высохшими жертвами на задней лестнице,
  вымыла спиральные пролеты едкой аммониевой водой и, таким образом,
  избавила это место от затхлости и слабого запаха разложения. Никаких
  непривычных ощущений она больше не испытывала, и теперь было нелегко
  поверить, что у нее был какой-то суеверный ужас перед этой лестницей,
  когда она впервые спускалась по ней за Полом и Тоби.
   Сразу из нескольких окон первого этажа она могла видеть кладбище на
  холме. Оно совсем не казалось ей чем-то мрачным, вероятно, из-за
  объяснений Пола, что такая привязанность фермеров к земле поддерживается в
  семьях целыми поколениями. В разлаженной семье, в которой она выросла, и в
  Лос-Анджелесе оставалось так