моустройством, они не занимались любовью с той самой ночи, как выехали
  из Лос-Анджелеса. Как скоро они сделают дом их собственным в этом смысле,
  он будет их и во всех других, а ее странное недомогание, вероятно,
  пройдет.
   Он проскользил своими сильными руками по ее бокам к бедрам. Притянул
  к себе. Перемежая слова, произносимые шепотом, с поцелуями в шею, щеки,
  глаза и уголки рта, он сказал:
   - Как насчет сегодня... когда начнется снегопад... когда мы выпьем...
  стаканчик-два вина... у огня... романтическая музыка... по радио... когда
  мы расслабимся...
   - Расслабимся, - повторила она мечтательно.
   - И тогда мы будем вместе...
   - ...м-м-м-м вместе...
   - ...и устроим изумительную, действительно изумительную...
   - ...изумительную...
   - Битву снежками.
   Она шлепнула его, играя, по щеке:
   - Животное! В моих снежках будут камни.
   - Ну, или займемся любовью.
   - Ты уверен, что не захочешь выйти наружу и скатать снежную бабу?
   - Пока не знаю, у меня так мало времени об этом думать.
   - Одевайся, умник. Мы должны кое-что купить.
  
  
   Хитер нашла Тоби в гостиной, уже одетого. Он сидел на полу перед
  телевизором, глядя программу с отключенным звуком.
   - Сегодня ночью будет сильный снегопад, - сообщила она сыну в дверях,
  ожидая что восторг мальчика превзойдет ее, потому что это была и его
  первая белая зима.
   Он ничего не ответил.
   - Мы