шась таинственной природы
  этих изменений, встревоженный тем, что он разбирается в ситуации меньше,
  чем думал, и что его невежество может привести к неверным решениям и
  подвергнуть Тоби большей опасности, чем та, в которой он находится.
   - Скажи мне!
   Охваченный страхом, смущением и разочарованием, Джек схватил Тоби за
  плечи, посмотрел в его чужие глаза:
   - Кто ты?
   Никакого ответа.
   - Что случилось с моим Тоби?!
   После долгого молчания:
   - В чем дело, папа?
   Кожа на голове Джека зудела. То, что его назвало "папой" _э_т_о_,
  ненавистный чужак, было самым худшим оскорблением.
   - Папа?
   - Прекрати.
   - Папа, что случилось?
   Но это был не Тоби. Нет. Голос все еще не нес его естественных
  интонаций, лицо было вялое, а глаза по-прежнему были "не такими".
   - Папа, что ты делаешь?
   То-в-Тоби очевидно не осознавало, что его маскарад разоблачен. До сих
  пор оно думало, что Джек верит, будто говорит с сыном. Паразит боролся за
  продолжение спектакля.
   - Папа, что я сделал? Почему ты сердишься? Я ничего не сделал, папа,
  правда!
   - Что ты такое? - спросил Джек.
   Слезы побежали из глаз мальчика. Но неясное что-то было за этими
  слезами, самоуверенность кукольника в силе своего обмана.
   - Где Тоби? Ты, сукин сын, кто бы ты ни был, верни мне его!
   Прядь волос упала Джеку на глаза. Пот заливал лицо. Любому, кто
  появился бы сейчас