и
  дым от разрушенной электроники заструился в воздух, и мрачно-обманчивая
  песня сирены умолкла под голосом "узи".
   Сильный, холодный ток воздуха прорвался через коридор, и Хитер
  обернулась. Задняя дверь больше не была приоткрыта. Она была распахнута
  целиком. Было видно заснеженное крыльцо, а за крыльцом - пенный,
  молочно-белый день.
   Даритель сначала вынырнул из сна. Теперь он вынырнул из метели, в
  дом. Существо находилось где-то на кухне, слева или справа от двери в
  коридор, и она упустила шанс повалить его при входе.
   Если оно было прямо у порога между холлом и кухней, то теперь между
  ними осталось максимум двадцать пять футов. Снова очень близко.
   Тоби стоял на первой ступени лестницы. Снова с ясными глазами, но
  дрожащий и бледный от ужаса. Пес рядом с ним настороженно нюхал воздух.
   Внезапно другая пирамида из кастрюль и сковород рухнула за ее спиной
  с громким клацанием металла и звоном стекла. Тоби застонал, а Фальстаф
  снова взорвался злобным лаем. Хитер обернулась, ее сердце заколотилось так
  сильно, что задрожали руки, и ствол автомата задергался вверх-вниз.
  Передняя дверь выгибалась внутрь. Лес длинных, лоснящихся и скорченных
  красно-пятнистых черных щупалец рос в разрыве между дверью и косяком.
  Итак, их было двое - один спереди дома, другой сзади. "Узи" взорвался
  очередью. Шесть выстрелов, может быть восемь. Дверь захлопнулась.