н взобрались еще на одну ступеньку,
  очевидно, не подозревая об опасности. Или уверенные, что ее вообще нет.
   Хитер отступила назад, из зоны вспышки, и бросила спичку.
   Продолжая отступать, пока не уперлась спиной в стену коридора,
  наблюдая, как пламя бьется в арке перед лестничной шахтой, она была так
  внезапно охвачена шквалом маниакальных мыслей, что разразилась почти
  судорожным лаем безумного смеха. Мрачным ослиным криком, который грозил
  закончиться густым рыданьем:
   - Сжигаю свой собственный дом! Добро пожаловать в Монтану: прекрасные
  виды, ходячие мертвецы и твари из других миров! А вот и я, огонь! Можете
  сгореть в аду, сжигаю свой собственный дом, и не нужно делать это в
  Лос-Анджелесе, другие устроят это там за тебя...
   УУУШ!
   Пропитанный бензином ковер взорвался пламенем так, что языки
  рванулись до потолка. Огонь не разошелся по лестничному колодцу: просто
  вдруг стал повсюду. Одновременно на стенах и перилах, на всех ступенях и
  подъемах.
   Жалящая волна жара добежала до Хитер, заставив ее зажмуриться. Она
  должна немедленно отодвинуться от пламени, иначе горячий воздух может
  обжечь кожу. Но ей надо остаться и посмотреть, что случится с Дарителем.
   Лестница стала адом. Ни одно человеческое существо не смогло бы
  выжить там дольше нескольких секунд.
   В этом пожаре мертвец и живая тварь стали единой темной массой и
  поднялись