Ухающая сова.
   Колючие черные сосновые шишки на белом снегу.
   Бледные лучи солнца, прорвавшиеся через разрыв в серо-зеленой кроне.
   Все совершенно обыкновенно. Мирно. Но неладно.
   Когда Фернандес почти вышел к внешней границе леса, к покрытому
  снегом полю, которое уже виднелось между стволов впереди, - он внезапно с
  уверенностью ощутил, что не сможет дойти до открытого пространства, что
  нечто стремится к нему сзади, некое существо, неопределимое так же, как и
  неладность, которую он чувствовал повсюду вокруг. Он пошел быстрее. Страх
  рос с каждым шагом. Уханье совы, казалось, перетекает в звук настолько же
  чужой, как вопль Немезиды в ночном кошмаре. Он споткнулся о вытянувшийся
  корень, его сердце забилось как молот; с криком ужаса он резко обернулся,
  чтобы встретиться лицом к лицу с каким угодно демоном, преследовавшим его.
   Он был, конечно же, один.
   Тони и солнечный свет.
   Уханье совы. Тихий и одинокий звук. Как всегда.
   Проклиная себя, он направился снова к лугу. Достиг его. Деревья
  остались позади. Он был в безопасности.
   Затем, о Боже правый, снова страх, гораздо худший, чем был раньше,
  страх абсолютной уверенности, что это пришло, - что? - точно вторглось в
  него, что Он тянет его книзу и собирается совершить с ним нечто,
  определенно более жуткое, чем убийство, что оно имеет нечеловеческие цели
  и неизвестные планы в отношении него, настолько