се правильно, но - не старик.
   Содрав с себя шапку, куртку, перчатки и ботинки, он начал извлекать
  из стенного шкафа в кабинете ружья и винтовки. И зарядил их все.
  
  
  
   5
  
   Мэ Хонг, которая жила через улицу, зашла присмотреть за Тоби. Ее муж
  тоже был полицейским, хотя и не в том же участке, что Джек. Хонги сами не
  имели детей, и поэтому Мэ была совершенно свободна и могла оставаться с
  Тоби так долго, сколько понадобится в том случае, если Хитер пробудет в
  больнице допоздна.
   Пока Луи Сильвермен и Мэ оставались на кухне, Хитер приглушила звук
  телевизора и рассказала Тоби, что произошло. Она сидела на скамеечке, а
  он, отбросив одеяла, устроился на краешке кресла. Мать стиснула его
  маленькие руки в своих. Хитер не делилась с ним самыми мрачными деталями,
  частью потому, что и сама не знала их все, но также и потому, что считала:
  восьмилетка не справится со столь многим. С другой стороны, не могла
  умолчать обо всем произошедшем, так как они были семьей полицейского и
  жили с подавленным ожиданием какого-то несчастья, которое обрушилось этим
  утром. Даже ребенку было нужно, и он имел право, знать правду, когда его
  отца серьезно ранили.
   - Я могу поехать с тобой в больницу? - спросил Тоби, сжимая ее руку
  несколько сильнее, чем он, возможно, собирался.
   - Тебе лучше остаться дома, солнышко.
   - Я больше не болен.
   - Нет, болен.