Уолтер Дилани осматривали Джека, Хитер
  воспользовалась телефоном на посту сиделок и позвонила домой. Сначала она
  поговорила с Мэ Хонг, потом с Тоби и сказала им, что с Джеком все будет
  хорошо. Она знала, что придает реальности розовую окраску, но маленькая
  доза оптимизма была нужна им всем.
   - Я могу его навестить? - спросил Тоби.
   - Через несколько дней, милый.
   - Я намного лучше. Весь день улучшение. Я теперь совсем не болен.
   - Я сама об этом буду судить. Как бы то ни было, твоему папе нужно
  несколько дней, чтобы заново набраться сил.
   - Я принесу мороженое из орехового масла с шоколадом. Это его
  любимое. У них нет этого в больнице, а?
   - Нет, ничего такого.
   - Передай папе, что я принесу ему.
   - Хорошо.
   - Я хочу сам купить. У меня есть деньги, я сэкономил карманные.
   - Ты хороший мальчик, Тоби. Ты знаешь это?
   Его голос стал тише и стеснительней:
   - Когда ты вернешься?
   - Не знаю, милый. Я здесь еще побуду. Наверное, тогда, когда ты
  будешь уже в постели.
   - Ты принесешь мне что-нибудь из комнаты папы?
   - Что ты имеешь в виду?
   - Что-нибудь из его комнаты. Что угодно. Просто что-то из его
  комнаты, так чтобы я мог хранить это и знать, что оно оттуда, где он
  сейчас.
   Глубокая трещина между ненадежностью и страхом, вызванным просьбой
  мальчика, стала много шире, чем Хитер могла вынести, не теряя контроля