стве.
   Хитер почувствовала себя будто дома, когда пересекла порог: здесь
  было настолько безопасней, чем во внешнем мире. Проходя через гостиную и
  столовую, где разыскивала Альму, она несколько раз остановилась, чтобы
  быстро переговорить со старыми друзьями, - и обнаружила, что сообщение об
  улучшении состояния Джека уже получено по внутренней связи.
   Более резко, чем когда-либо, она осознала, насколько сильно свыклась
  с мыслью о себе как о части семьи полицейских, а не жительнице
  Лос-Анджелеса или Калифорнии. Это не всегда было так. Но слишком сложно
  поддерживать духовную связь с городом, погруженным в наркотики и
  порнографию, который раскалывает насилие банд, и разъедает голливудский
  цинизм, которым управляют политиканы, ровно настолько продажные и
  демагогичные, насколько некомпетентные. Разрушительные силы общества
  раздирали город - и страну - на кланы, и даже если она чувствовала себя
  уютно в полицейской семье, то понимала опасность соскальзывания в
  мировосприятие сквозь очки "мы-против-них".
   Альма на кухне с сестрой Фэй и двумя другими женщинами была занята
  кулинарной беседой. Резали овощи, очищали фрукты, терли сыр. Альма
  раскатывала тесто для пирога на мраморной плите, и трудилась над ним с
  большим вдохновением. Кухня пропиталась вкусными ароматами готовящихся
  пирожных.
   Когда Хитер коснулась плеча Альмы, та оторвала