ся его сила чувственного восприятия, казалось, сфокусировалась
  единственно на призрачном свете, шедшем от чего-то в деревьях, и на
  мучающем, настойчивом звуке. Он больше не чувствовал басовитого биения,
  промывающего холодными волнами его тело; похоже, что звук исходил теперь
  из него самого, точно так же, как и от деревьев.
   Внезапно Эдуардо остановился у края леса, на участке земли, лучистой,
  как расплавленная лава. Внутри феномена. Поглядев вниз, он увидел, что его
  ноги как будто стоят на листе стекла, под которым пенится океан огня.
  Океан, чья глубина сравнима с расстоянием до звезд. Мысль о размерах этой
  бездны вызвала у него панический вопль, хотя никакого, даже самого тихого
  шепота не вырвалось изо рта.
   Со страхом и неохотой, но все еще с долей любопытства, Эдуардо
  оглядел свои ноги и тело, и увидел, что янтарный свет исходит и от него, а
  на туловище постоянно взрываются маленькие красные вспышки. Он казался
  человеком из другого мира, полным чужой энергией или святым духом
  индейцев, который явился с высоких гор на поиски древнего народа, когда-то
  царившего над обширной монтанской пустыней, но давно уже исчезнувшего:
  черноногих, кроу, сиу, ассинибойнов, чейеннов.
   Он поднял левую руку, чтобы осмотреть ее более внимательно. Кожа
  стала прозрачной, плоть лучистой. Сначала он мог видеть кости руки и
  кисти, четкие серо-красные формы внутри расплавленной