пертехники в его витринах казались таким же
  анахронизмом, как теннисные туфли в Неандертале. Эдуардо купил
  видеоплейер, видеокамеру и полдюжины чистых кассет.
   Продавец был длинноволосый юнец, любитель Моцарта, в ботинках,
  джинсах, ковбойской рубахе с декоративной строчкой и с узким веревочным
  галстуком на бирюзовой булавке. Он долго разглагольствовал о множестве
  достоинств предлагаемого снаряжения, так часто пользуясь особым жаргоном,
  что, казалось, говорил на иностранном языке.
   Эдуардо был просто нужен аппарат, с помощью которого можно снимать и
  просматривать запись. Ничего больше. Его не волновало, что он сможет
  видеть одну пленку, пока прокручивается другая, или что все прочие
  дьявольские приспособления способны сготовить ему обед, застелить постель
  и даже сделать педикюр.
   На ранчо уже давно можно было принимать множество кабельных каналов,
  потому что незадолго до своей смерти мистер Квотермесс установил
  спутниковую антенну-блюдце за конюшней. Эдуардо редко смотрел программы,
  может быть, три или четыре раза в год, но знал, что телевизор работает.
   Из магазина электроприборов он отправился в библиотеку. Выписал целую
  стопку романов Роберта Хайнлайна и Артура Кларка, плюс коллекцию новелл
  Г.П.Лавкрафта, Элджернона Блэквуда и М.Р.Джеймса.
   Он больше не чувствовал себя дураком, когда выбирал мрачные томики
  чепухи, содержащие в себе